Командир пожал плечами:

– Имея дело с этими людьми, это может быть любая из тысячи…

– Назад, черт побери!

Линдрос заорал в микрофон так громко, что Брик, который медленно приближался к трупу, испуганно отскочил назад.

– Прошу прощения, сэр, – виновато произнес он. – Я просто хотел показать вам кое-что странное.

– Посвети фонариком, – распорядился Линдрос.

Но он уже догадался, что его ждет. Как только они вошли в пещеру, стрелки обоих детекторов принялись выделывать пугающую пляску.

«О господи, – подумал заместитель директора. – О господи…»

Труп принадлежал необычайно тощему и очень молодому парню, которому не исполнилось еще и двадцати. Можно ли сказать, что у него семитские черты лица? Вряд ли, но определить это наверняка было практически невозможно из-за…

– Матерь божья!

Теперь это увидел и Андерс. У трупа отсутствовал нос. Вся середина его лица была словно съедена. Отвратительная рана чернела свернувшейся кровью, которая медленно вытекала, пенясь, словно тело еще продолжало жить. Словно что-то пожирало его изнутри.

«На самом деле, – подумал Линдрос, чувствуя подкатывающую к горлу тошноту, – именно это и происходит».

– Черт побери, что это может быть? – хрипло произнес Андерс. – Токсин, разлагающий ткани? Вирус?

Линдрос повернулся к Брику:

– Ты прикасался к трупу? Отвечай, ты к нему прикасался?

– Нет, я только… – опешил тот. – Я что, заразился?

– Господин заместитель директора, прошу прощения, сэр, но в какую чертовщину вы нас втянули? Я привык во время совершенно секретных операций оставаться в полном неведении, но в данном случае, по-моему, это уже переходит всякие границы.

Опустившись на колено, Линдрос открутил крышку небольшого металлического контейнера и пальцем затянутой в перчатку руки соскоблил с камня рядом с трупом немного грязи. Крепко завинтив крышку, он поднялся на ноги.